среда, 14 ноября 2007 г.

Вести с полей - 7, Оби-Хингоу, итоги

Вот и наше последнее послание. Наш развесёлый образ жизни в Таджикистане может ещё и продолжиться, но вы вряд ли захотите читать про это каждую неделю. Нашей последней рекой была Оби-Хингоу. По правде говоря, если б у нас были более убедительные отмазки, чем всего лишь несколько мозолей да протекающая лодка, мы бы предпочли отправиться прямиком в Душанбе. Мы все были измождены и чувствовали слабость. Мысль ещё об одной неделе сплава среди скованных холодом гор нас как-то не вдохновляла. При отсутствии положительной мотивации оставалась лишь инерция и нежелание признавать окончательный упадок мужественности, но в конце концов этого оказалось достаточно.

TankМы сто раз обсудили и затвердили все детали уговора с нашим водилой из Джиргаталя, опасаясь новых разногласий на полдороге. Мы загрузились в его Тойоту-пикап и поехали вниз по широкой долине Сурхоба к месту впадения Оби-Хингоу, а затем вверх по ущелью сравнительно ослабшей Оби-Хингоу до Тавильдары. По пути мы захватили свою заначку с едой, которую три недели бережно хранил для нас очень дружелюбный хозяин придорожной забегаловки.

RideВ Тавильдаре Мидди немедленно поймал грузовик, направлявшийся дальше вверх по реке. Мы покидали в кузов, где уже лежала огромная запасная шина, все наше барахло, включая самих себя. Водитель и его товарищи оказались хорошими парнями - у нас была куча времени, чтобы познакомиться с ними, поскольку на преодоление следующих 65 км потребовалось 30 часов. Они ехали вверх по долине, чтобы купить картошку, или уголь, или чего-нибудь ещё, что там найдется. Мы все вместе переночевали в доме в одном из посёлков по дороге. Утром картошка этого посёлка была объявлена неподходящей, так что мы могли продолжать путь, надо было лишь только поменять пробитое колесо и найти достаточно народу, чтобы толкнуть Камаз со сдохшим аккумулятором. Сразу после того, как они заехали за углем и загрузили пять тонн.

Всё было сделано сильно после полудня, и мы опять поползли вдоль реки. По дороге мы подсадили старика-паломника, который шёл к древней мусульманской гробнице вверх по реке. Все его пожитки помещались в обычный полиэтиленовый мешок из магазина. По небу неслись низкие облака, а мы с ним сидели на куче угля, съёжившись от ветра, и пытались объяснить друг другу необъяснимое - причины, по которым каждому из нас обязательно надо было попасть в верховья Оби-Хингоу.

Наконец мы прибыли в посёлок Сангвор у слияния рек Оби-Хингоу и Оби-Мазара. Начало нашего сплава. Нас высадили в темноте прямо в центре посёлка. Это было бы началом больших проблем, если бы это был посёлок где-нибудь в Америке. Но это было в Таджикистане, где приглашение в дом никогда не заставит себя ждать, если только ты постоишь спокойно несколько секунд. Вскорости нам предложили помочь с лодками, дали чашку теплого молока и позвали переночевать в гостевой комнате в доме неподалеку. Желая поскорее спрятаться от холода, мы на заставили себя долго упрашивать.

На следующее утро мы дождались, пока солнечные лучи коснутся воды, и только потом отплыли. Осознание того, что по большей части на реке будет гладкая вода, а оставшиеся пороги небольшие из-за недостатка воды, никак не вдохновляло нас и не ускоряло наши движения.

Плюхая по первым 13 км, мы представляли себе реку с большим расходом и, вероятно, нехилыми препятствиями. Но всё это время мы проплывали маленькие порожки, стараясь не замочить рук. Потом река вообще стала ровной, и мы растянулись, мечтая каждый о том, как мы спокойненько догребём вниз до более тёплых мест.

Тонкие троса, протянутые над головой с одного берега на другой: перетяжки для дров, собранных на противоположном от посёлка берегу реки. Небольшой участок с большими валунами и парочкой порогов класса IV вынудил-таки нас замочить свои ручки и поставил под вопрос наше желание продолжать грести по холоду. Но этот перерыв в спокойствии опять сменился гладкой водой, плавно текущей мимо заросших берегов. Столько растительности мы, пожалуй, не видели нигде в Таджикистане.

За день мы прошли большое расстояние, и в честь этого мы позволили себе съесть по лишней сосиске. С четверти сосиски (размером в три хотдога) на Муксу наш ужин вырос до целой сосиски на Оби-Хингоу. Роскошь, в полной мере соответствующая безразличию к еде.

На следующее утро мы опять сначала дождались солнца. День начался и закончился ровной водой. Незадолго до полудня мы проехали мимо Тавильдары, и несколько бурунов прервали нашу игру в вопросы и ответы. В одном пороге случился неожиданный сюрприз в виде впечатляющих останков-развалин старого моста. Быть может, грозный след гражданской войны или ещё советского времени. Второй день подряд мы улучшали наши способности к коммуникации с местными детьми посредством ясно выраженных слов и жестов пальцами в те моменты, когда они кидались в нас камнями с мостов.

PopЕщё одна сосиска в нашу последнюю ночь, проведённую на природе. Мы устроили торжество и долго сидели у костра, наблюдая, как легковушки и грузовики проезжают по другой стороне реки в единственном месте, где могут разъехаться две машины.

Саймон кричал. Эндрю держал его руку. Мидди напевал песню Кэта Стивенса.

Imgp0678В последний день сплава нам встретились наиболее мощные препятствия в последнем глубоком ущелье [Нижнее ущелье Оби-Хингоу - YV]. Единственный раз мы просматривали пороги на Оби-Хингоу на входе в этот каньон. За связкой нескольких жёстких обливников следовал крутой обратный вал и бочка, после которой вся вода попадала в огромный, пульсирующий петух. Ощущения Эндрю и Мидди при прохождении были во многом одинаковы: свеча или киль, соответственно, после чего петух подкидывал лодку вверх, почти полностью выбрасывая её из воды. Саймон, крайне мудро подметив особенности прохождения своих товарищей, учёл это при выборе своей линии и проехал весьма элегантно. После этого в ущелье остались только развлекушные валы да сливы, пока оно совсем не закончилось, и река стала петлять на последних километрах пути до устья.

Мы видели птицу с размахом крыльев около 3 м.

Middy1Там, где серо-голубая вода Оби-Хингоу встречается с коричневой водой Вахша, мы вылезли на песок рядом с дорогой. Несколькими месяцами раньше Оби-Хингоу была такой же коричневой, как и Вахш.

Переодевшись, мы в последний раз забросили лодки на плечи и взобрались к дороге и посёлку Комсомолабад. Мы проводили время, сидя вокруг стола в тени, откуда глядя в одну сторону, мы могли следить за нашими лодками, а глядя в другую - за проезжающим транспортом. Тут к нам подвалил офицер милиции с налитыми кровью глазами и чеширской улыбкой под редкими усами. Естественно, он был вдымину пьян. Он достал травки и кусок миллиметровки, чтобы свернуть самокрутку, но мы вежливо отказались, опасаясь провокации, кроме всего прочего. Он показал рукой вверх по склону в направлении своего дома и сказал, что там пройдёт новая дорога - после того, как ниже по течению будет завершена Рогунская ГЭС, и всю долину затопит. Интересно, будет ли затоплен водохранилищем и нижний каньон Оби-Хингоу?

Мы поймали подходящую попутку всего лишь через три часа. Мы закинули лодки в пустой кузов Камаза и набились в кабину. Обычно мы выбираем Камазы в последнюю очередь, поскольку в них неудобно ехать и, как известно, плетутся они очень медленно, когда везут несколько тонн лука, картошки или какую иную всячину вверх по дороге. Хотя загруженный всего лишь нашими тремя каяками, Камаз доехал до Душанбе довольно быстро.

По возвращении в суматошную столицу мы заново привыкали к городской обстановке. Прежняя неугомонность, сопровождавшая борьбу с бюрократией в Душанбе, пропала. Без очередного путешествия в горы, зажигавшего наши сердца, мы были вполне довольны жизнью, расслабляясь и восстанавливая силы. Порезы и мозоли, что кровоточили неделями, теперь начинают заживать. Надеемся, что курс антибиотиков избавит нас от микроскопических спустников, которых без сомнения мы подцепили во время наших похождений.

Через несколько дней Саймон отправится назад в Эдинбург, оставляя Эндрю и Мидди в поисках работы в НКО в Душанбе. Мы не уверены в том, когда мы снова увидим друг друга, но не сомневайтесь - мы уже обсуждали, куда бы нам отправиться в следующий раз.


Основные итоги наших похождений:

12000 м (39,400 футов) по вертикали пройдено вниз

4700 м (15,400 футов) по вертикали пройдено вверх во время обносов

947 км (592 мили) рек проплыто

296 км (185 миль) рек разведано

115 км (72 мили) обнесено

28 рек изучено

21 река проплыта

11 первопрохождений

6 кг (13.2 фунтов) винограда съедено за 24 часа

2 кг (4.4 фунта) телятины съедено за один присест (и вслед за этим 1.1 кг (2.5 фунта) мороженого)


Таджикский табель

И, наконец, мы напрягли всё наше самолюбование и величие для заключительного деяния - составления таблицы, в которой всему дана численная оценка.

Саймон - Про: спасение Эндрю в ледниках, предусмотрительность по раскладке (бульонные кубики)
Контра: непревзойдённый пердун; плохо заботился о своём клетчатом костюме - носить его привилегия, а не право
Общая оценка: 4+ (B+)

Мидди - Про: ранняя пташка - поджигатель костров, ежедневный демонстратор шоу по поеданию винограда, единственный участник в экспедиции, не потерявший контроля над своими кишками
Контра: преждевременное сбривание усов, неконтролируемый расход горючего
Общая оценка: 4- (B-)

Эндрю - Про: улучшенные способности по разведению огня, переноска груза лишнего риса
Контра: слишком большая приверженность усам и их идеальной форме, ужасно вонючий пук
Общая оценка: 4 (B)

Таджикистан:

Живая природа: в присутствии людей беспокойная и убегает, несмотря на демонстрируемые время от времени робкие попытки приблизиться. 4- (B-)

Пища: имеет все предпосылки быть превосходной фишкой, но не может реализовать свой значительный потенциал (сильно удручает). 2+ (D+)

Ландшафт: имеет непредсказуемый норов: часто предстаёт в ошеломляющем виде, но также доставляет много мучений гостям и приезжим, всеми силами старающимся познакомиться с ним получше. 4+ (B+)

Правительство: достаёт всех и само по себе довольно порочно. Правительство - это как плохой студент, требующий к себе в классе слишком много внимания. 3+ (C+)

Милиция: отлично одета и отлично выглядит. Обычно очень дружелюбна и разговорчива, но может быть реальной заморочкой. Не повредит поработать над грамотностью. 3+ (C+)

Таджикские люди: добрые и отзывчивые. Искусные в починке, даже когда они сами что-то сломали. Исключительно щедрые и гостеприимные, за исключением случая, когда Эндрю получил в челюсть. 5- (A-)

Бурная вода: Крутая при заигрываниях, но в целом является прекрасным образцом для других рек. 5 (A)

Страна: оценка по совокупности: 4+ (B+)

среда, 7 ноября 2007 г.

Вести с полей - 6, Муксу

Elevation_graphИтак, мы наконец направляемся на Муксу, грандиозную реку, которая лежит на нашем пути, затмевая любые мысли о солнечном будущем и заставляя все далекоидущие планы казаться умозрительными и поспешными. "Самая трудная река в СССР". Но в итоге испытание Муксу почти полностью заключалось в добираловке туда.

Первым этапом пути была 15-часовая поездка из Хорога. Мы нашли крепкую на вид русскую машину с двумя дружелюбными (казалось бы) памирцами и перед погрузкой заплатили им вперёд половину от уговоренной суммы. Мы ехали целый день и, не доехав 50 км до нашей цели, остановились в доме семьи, которая нас пустила переночевать. А на утро наши водители отказались ехать дальше, упирая на плохие горные дороги и малый запас топлива. Мы посчитали, что эти жалобы - просто повод под конец срубить ещё денег, и решили придержать вторую половину до тех пор, пока мы не найдём транспорт на оставшуюся часть пути. Однако это плохо кончилось. Всё утро мы спорили с ними, так и эдак переиначивая прежние договорённости. В конце концов, они попытались забрать наши лодки. Но когда Эндрю схватил ту, которую они потащили, напарник водителя буквально озверел. Пока Эндрю боролся с согласованием русских существительных и прилагательных по роду, числу и падежу, напарник схватил его за ворот и начал бить кулаком в челюсть. Тем временем вокруг нас собралось десятка два местных жителей-памирцев, и в лучшем случае они не сочувствовали никому. Саймон усмирил одновременно себя и водителя, и мы быстро договорились заплатить им некоторую сумму.

Но только после того, как они уехали, жители спросили нас, как это мы сподобились нанять таких ненормальных, и нашли нам другое средство передвижения, хотя и по непомерно высокой цене. Перед самым отъездом нас нашёл корыстолюбивый работник нац.парка и стребовал 100 баксов за пересечение его территории. Что вы можете сделать в таких случаях?.. Конечно же, мы были возмущены! Но потом гнев сменился надеждой, когда мы, наконец, двинулись в путь. Мы доехали на УАЗе до мрачного урочища Кок-Жар, поименованного на нашей карте, как "лес замечательной красоты", но более уместно было сказать про него "лес, который ещё стоит". Эта остановка раньше намеченного добавила к нашей пешке 10 км и 400 метров по высоте, но сравнивая это с расстоянием, преодолённым за последние 24 часа, мы были просто счастливы.

Наш новый, более любезный водитель высадил нас под перевалом под поздними лучами солнца и бушующим ветром. Он охотно указал нам на лучшую тропу; сказав, что дорога длинная, он пожелал нам обойтись без приключений и дал хлеба на дорогу. Мы, как и прежде в Таджикистане, взвалили лодки на свои спины. Быть может, из-за дополнительного веса раскладки почти на две недели, быть может, из-за завывающего ветра, но мы все еле передвигали ноги на первых порах. Нам предстояло преодолеть два перевала, 4.5 тысячи метров высоты и 30 км, если считать по прямой, до Беляндкиика - к тому же он мог быть уже скован льдом.

005Мы сознательно выбрали позднее время года для того, чтобы избежать слишком высоких летних паводков. Мы шли позже даже по сравнению с другими русскими сплавными командами. Зимний холод и скорее всего обмелевший Беляндкиик - приток, который мог бы избавить нас от ходьбы пешком и доставить к Муксу на лодках - казались небольшой ценой за уверенность в том, что на Муксу будет низкая вода. Но размышления обо всём этом лишь утяжеляли нашу поклажу, пока мы карабкались на перевал, чертыхаясь от ветра. На ночь мы притулились на ровном пятачке ближе к перевалу, стараясь ничего не загадывать на будущее.

Утро началось с головной боли от высоты и выковыривания льда из бутылок для воды, потребной для приготовления пищи. Головная боль вскоре прошла - переноска тяжестей в половину собственного веса немного нас разогрела. Правда, тут необходимо небольшое переопределение терминов. Эта переноска была не непрерывным движением, а скорее повторяющимся циклом из перебежки на 50-150 м и 30-секундной остановки после неё для извлечения кислорода из разреженного воздуха.

002К середине дня мы достигли долины, ведущей к перевалу Тахтакорум. На земле вокруг лежала мелкая пыль, повсюду был раскидан коровий и овечий помёт. Мы сбросили наши лодки и потащили за собой, давая отдых плечам. К вечеру мы были на уровне 4000 м, и наша русская горелка стала постоянно требовать прочистки перед розжигом.

Замёрзшие бутылки с водой, головная боль и холод быстро стали привычной рутиной наших подъёмов с утра. Каждый следующий день приносил ещё больше напрягов. Если ты не мог восстановить своё дыхание во время короткого отдыха, ты терял его после первых двух шагов и вынужден был останавливаться снова. Мы шли в куртках, шапках и двух слоях тёплой одежды. Эндрю заметил четырёх овец Марко Поло, на которых не было ничего, кроме шерсти.

SummitНа следующее утро мы достигли перевала, или "вершины", и увидели долину, которая занимала так много наших мыслей в течение последних месяцев. Ветер немного сдул лёд в сторону на маленьком озере наверху, и, обессиленные и с болью в плечах от груза, мы проплыли метров 800 по открытой воде, аккуратно избегая всплесков и брызг. Спуск был тяжёлым - по большим острым чёрным сланцевым скалам - но коротким, всего 250 м и 6 км. Уже много дней назад отдыхать подолгу и наслаждаться этими остановками стало слишком холодно, так что мы просто хотели побыстрее доволочиться до воды и начать уже сплав.

004Наконец мы вышли к Беляндкиику. Толстый слой льда покрывал берега и камни, но в середине журчала вода. Её было недостаточно для сплава, но это журчание обещало много чего на следующий день, когда притоки весело вольются в основной поток. После проводки лодок мы устроились в четырёх стенах, которые остались от пастушьей избушки, и обнаружили ценный трюк, который мы использовали во всё оставшееся время наших таджикских путешествий - если спать, свернувшись и прижавшись друг к другу, то будет теплее.

Долина произволила глубокое впечатление - казалось, что она оканчивается прямо у горных вершин. Мы видели стаю горных козлов и были уверены, что нашу еду ночью таскает сурок размером со снежного человека. Каждый раз при готовке наша горелка и наш топливный насос требовали многочисленных чисток. Была почти полная луна.

003А следующий день опять был тяжёлым, поскольку Беляндкиик совершенно исчез - не было ни льда, ни воды между камней. Мы стали прикидывать, как долго нам придётся идти. Этой ночью мы спали под утёсом между двумя стенками из неплотно сложенных камней, и к утру наши сооружения слегка испортились. На нас нападал снег, и это выглядело прекрасно - но добавило лишний виток головной боли с утра. Теперь от грязи и резкого ветра на наших руках появился сухой чёрный блеск, который мы раньше видели у пастухов. А снег вокруг как будто окутал землю и и наши злоключения очаровательным покрывалом.

Взойдя на очередной холм, мы увидели людей у большого домика. Наши мысли тут же закопошились, перебирая варианты того, что бы на этой благословенной Богом Земле могли делать люди высоко в горах в это время года - кроме очевидных, типа сплава на каяках.

Они нас по-дружески поприветствовали, а когда мы подошли ближе, мы заметили западные вещи, а потом и человека, говорящего по спутниковому телефону. Они тепло приветили нас чаем и едой, и раскрыли секрет - это охотничий лагерь, в настоящее время занятый норвежцами и итальянцами. Через пару дней за ними должен был прилететь вертолёт и сменить их новыми людьми, которые все прибывают сюда, чтобы поохотиться на те виды зверей, которые, как мы вполне уверены, занесены в Красную Книгу.

В какой-то момент разговор перешёл на политику - ничего не могло быть более сюрным, когда за окном идёт снег и стоят 6-7 километровые пики гор. Они пригласили нас остаться на ночь, а когда мы предпочли успеть застать послеобеденное таяние ледников и начать сплав, рассказали о ещё одном домике ниже по течению.

006Имея три с половиной часа светлого времени, чтобы покрыть расстояние до следующего охотничьего домика, мы поспешно запаковали наши лодки под взглядами таджикских проводников и персонала и двинули дальше. Мы поблагодарили их за гостеприимство, пожелали всего хорошего и начали "сплавную" часть нашего путешествия. На первых нескольких километрах было больше отпихивания от камней и льда, чем гребков, но мы наконец-то освободились из-под бремени переноски тяжестей. На воздухе было холодно, и почти сразу на наших спасжилетах, куртках и варежках образовался налёт льда. Мы напряжённо гребли, чтобы согреться, и чтобы успеть на ночь в тёплый домик, где нас ждали печка и хорошо сложенная поленница дров. Солнце садилось, и мы стали время от времени озираться вокруг в поисках приюта, но безуспешно. Даже когда наступили вполне конкретные сумерки, ожидаемый домик не материализовался. Подавленные, мы скололи сосульки со шлемов, стряхнули изморозь с бород (у некоторых членов экспедиции больше, чем у других) и взяли себя в руки, осознав, что нам-таки предстоит холодная ночь под тентом. С хорошей стороны, пока мы так быстро спускались, мы пересекли линию снегов и увидели маленькие кустике впервые с той стороны перевала Тахтакорум. Но с плохой стороны, Дед Дубняк не мог быть побеждён так просто, и мы провели ночь тихо - а снежинки тихонько опускались вниз вокруг нас.

007На следующее утро мы вышли поздно - хотели, чтобы река поднялась, и чтобы наше замёрзшее шмотьё если не высохло, так хотя бы гнулось. Сплав со вчерашнего не изменился - жестокое обращение камней с лодками и замёрзшие руки. К середине первой половины дня мы добрались до короткого каньонного участка на Беляндкиике, где ледовый навес над узким сливом вынудил нас сделать обнос по снежной насыпи и съехать обратно вниз за ней, чтобы продолжить выматывающую борьбу дальше. Во второй раз мы пересекли снеговую линию, и сердца наши согрело возвращение полноразмерной растительности. Тем вечером мы, как пещерные люди Неолита, отметили пришествие огня - одновременно с жалобными стенаниями по поводу новообретённой трещины в лодке Эндрю.

Ночная с..ка Дед Дубняк отметился ещё одним визитом к нам, и по пробуждении у нас было ещё больше снега, ещё одно позднее утро из-за оттаивания шмотья, и прежде, чем отчалить, нам пришлось поставить временную заплату на лодку.

008К 11 мы достигли подножия грандиозного ледника Федченко, одного из длиннейших в мире, а расход в реке более, чем удвоился - до 30 кубов. Следующий участок реки, предвосхищающий каньоны Муксу, изгибался от борта к борту широкой U-образной долины, в отдалении высились 6-7 километровые пики. Нам всё ещё было зябко от пронизывающего ветра, дувшего вверх по долине, особенно Эндрю, чей каяк регулярно приобретал свойства подводной лодки после расставания со своей заплаткой при первом же удобном случае. После обеда мы нашли укрытое место для лагеря, где расслаблялись у костра и последний вечер предавались разговорам о печально знаменитых каньонах Муксу.

Поздно утром следующего дня мы обнаружили себя на пороге первого из этих каньонов, в 100 м от воды, наблюдающими, как река исчезает за непросматриваемым поворотом. Мидди вернулся с просмотра, преодолев каменистый склон, на который не полез бы и горный козёл. Не имея других вариантов, мы посмотрели друг на друга, пожали плечами и полезли в лодки. Запирая вход в каньон, первым располагался здоровый порог с двумя зверскими бочками в непосредственной близости друг за другом. К счастью, мы все поймали обязательное улово на срезе первой бочки и обнесли их обе без приключений. Во время обноса мы видели отпечатки ног на песке, вероятно, принадлежащие русской группе, которая по слухам была здесь на две недели раньше. Эти следы присутствия путников на том же маршруте придали нам немного спокойствия, но, возможно, слегка испортили чувство уединённости. Мы завернули за угол и увидели только ещё более прекрасный каньон и проходимые пороги ниже по течению.

009Кажется, наш осознанно поздний по срокам поход на Муксу проистекал просто отлично. Мы обнаружили совсем немного из тех ужасов, что шебуршились в закромах наших мозгов в течение месяцев. Пороги были в основном интересными, хотя и требующими чёткого манёвра; впрочем, легко можно было представить, что творится тут по высокой воде. По ходу дела мы просматривали большинство порогов с наплыва, кроме тех случаев, когда Эндрю надо было отлиться, в коих он давал указания Мидди и Саймону, например "Если ты погребёшь назад на срезе того слива... нет, нет, ближе... ближе... ближе... да, так ты увидишь большую скалу ниже ступеньки. Прыгай лагом прямо перед ней." (см. фото с водопадом и лодкой напротив скалы).

Поскольку мы пришли к каньонам Муксу позже, чем планировали, мы урезали наш рацион, чтобы выкроить пару лишних дней. Однако стены каньонов расступились раньше, чем мы ожидали - через полтора дня, и мы проплыли мимо первых признаков присутствия цивилизации - таджиков, моющих золото. После такого марафонского дня, с мозолями на руках мы выплыли в Сурхоб и догребли до Джиргаталя, где месяцем раньше (Вести с полей - 4a) мы исследовали речки, текущие на юг. Мы насладились лишними тремя четвертями сосиски перед тем, как отправиться в город. Там мы встретили нашего старого друга Исмоноли, который пустил нас обратно в наш дом вдали от дома, Джиргатальский областной аэропорт. Там мы отдохнули день перед тем, как поехать к нашей последней реке, классике позднего сезона - Обихингоу...

пятница, 2 ноября 2007 г.

Вести с полей - 5, Шахдара, Гунт

Мы окончательно вернулись из наших горных похождений к электрическому свету, теплу и тому разнообразию еды, которое сейчас и определяет наше пребывание в Душанбе. Можно долго говорить о тяжёлых испытаниях холодом и большой высотой и о том, что было наградой за это, но началось наше путешествие с двухдневного переезда на Памир. Трасса длиной всего 400 км соедниняет западную и восточную части страны, когда-то враждовавшие друг с другом. Дорога там без покрытия, такая узкая, что встречный транспорт может разъехаться только в определённых местах. Food_for_a_monthЗная, что нам предстоит долгий путь, мы выкупили бОльшую часть мест в Газели - старом советском микроавтобусе (представьте себе оливково-зелёный фургон 50-х с узкой базой). Нам было очень удобно до тех пор, пока в нашем маленьком караване не сломался другой микроавтобус, и население нашей машинки возросло до 14 плотно упакованных ломтиков. Мы потребовали было вернуть часть денег, но у водителя не было ни копейки - все деньги остались у владельца машины в Душанбе. Следующие полтора дня мы тряслись, столь крепко стиснутые со всех сторон, что мы могли расслабить все наши мышцы и при этом едва сдвинуться. Это по-своему удобно.

Но наши условия существования показались нам шикарными, когда на второй день нашей поездки мы увидели другой, афганский берег Пянджа. Наш автобус и его пассажиры в современной одежде массовых фасонов мчались по дороге, тогда как на другой стороне реки афганцы в длиннополых халатах передвигались пешком по тропе, идущей вдоль пропасти по скалам и палкам, вбитым в расщелины. Позже нам расскажут, как граница, проведённая колониальными империями, прошла по семьям, разделив некогда единый Бадахшан на две части. Сейчас пограничные контакты невелики, и только-только провели электричество в город, который был когда-то большим центром Бадахшана, но оказался на нищей афганской стороне.

Мы прибыли в город Хорог и двинули ноги в тихий уютный рай - маленький отель под названием Pamir Lodge. Мы позвонили знакомым знакомых, и, заранее не подозревая об этом, оказались на шумном вечере с двумя бутылками водки и Сашей. Он может быть описан только одним словом - потрясающий! Мы потом поняли, что его невообразимое великодушие и доброта не были уникальны среди памирцев, однако, его чувство юмора и веселье выделялись бы где угодно.

004Мы задорого сняли Jeep на Автовокзале и проехали на нём 70 км вверх по реке Шахдара. Несмотря на то, что высота на старте была за 3 тыс. м, когда мы отчаливали, солнце светило и жгло вовсю. Но в тени каньонных стен было холоднее и гораздо серьёзней.
Вначале был короткий крутопадающий участок, где река непрерывно падала среди валунов между грязными конгломератными стенами [Седжский непроход - YV], но неожиданно малый расход воды не способствовал опасениям и тревогам, так что мы проехали это дело насквозь. Забавно это вышло - в месте, где высокая вода была бы убийственной.

WaterfallНиже по течению лежал 'каньон водопадов' [Седжские водопады - YV], ради которого, собственно, мы и заехали так далеко наверх. Мы просмотрели его самым серьёзным образом, имея в виду по нему спуститься, но в конце концов умерили самомнение и обнесли его. Загвоздка была частично в самом водопаде, именно что громадном, но во многом - в вытекающем из-под водопада потоке, порядочная часть которого выходила через подводную полость. Мы все сомневались, что каяк просочится так же беспрепятственно.

В первую ночь мы разбили лагерь в устье симпатичного бокового каньона и впервые попробовали использовать недавно приобретённую русскую горелку, которая работала на бензине, керосине и дизтопливе. Работала, но только очень неохотно и после длительного принуждения. Ночью было холодно даже в одежде и в наглухо застёгнутых спальниках. Но на самом деле не это не давало нам уснуть, а размышления о том, каково будет на Муксу, на полтора километра выше...

Утром мы решили прогуляться вдоль бокового каньона, частично, конечно, для осмотра его великолепия, но также и для того, чтобы отложить натягивание мокрых шмоток до появления солнца. Почти сразу путь нам преградил неприятный брод через ручей. Было ясно, что мы не можем пройти дальше.

Как намёк на то, какие мы неженки, сверху пришли два памирца, сняли обувь, закатали штаны и перешли этот полузамёрзший поток вброд. Они направлялись в ближайший город на свадьбу, и мы перевезли их на своих лодках через Шахдару, так что им не пришлось переться 10 км вверх к ближайшему мосту.

003002На сплаве в этот день было очень мало действительно приятных мест, они изредка попадались среди бесконечных песчаных отмелей. Выделялся один порог - тройной слив, зажатый у высокой длинной скалы левого берега [Рошткала - YV]. Там был вполне выполнимый буф, а за ним глубокий гудящий(?) скат в замесный слив, с сильным отбойником от стены. Саймон, шедший последним, казалось бы, зашёл идеально, но перевернулся в мешанине внизу и хряпнулся головой об скалу, а может быть даже об саму стену. С тех пор он как-то странно себя ведёт, но мы не уверены, что это связано.



WallКогда наступил вечер, мы нашли другую хорошую площадку для лагеря, на которой было даже немножко теплее, поскольму мы же сбросили высоту за день. На следующий день, проплыв по реке много километров порогов класса 4, а потом и 3, мы закончили сплав на Гунте, в Хороге. Мы вылезли посередине города и оказались движущимся препятствием, поскольку местные водилы провожали нас изумлёнными взглядами, пока мы несли лодки к нашему отелю.

После полуденного отдыха мы покинули Хорог во второй раз, в этом случае следуя по Памирскому тракту на север, вдоль Гунта.

В отличие от того, чтоб было раньше, дорога здесь была гладкой, и наша набитая под завязку Волга с каяками в багажнике быстро поглощала километры. Гунт стекает с Памирского плато примерно в 150 км от Хорога, но мы предполагали, что большинство интересных порогов расположено в нижней части реки. Имея это в виду, мы высадились в 50 км от Хорога с запасами жратвы на 2 дня и 2 ночи. Река в этом месте была довольно спокойной.

RockinИзвилистые галечные косы перемежались короткими участками немаленьких валов и редко-редко встречалась бочка, которую следовало объехать. Как Волга по асфальту, мы пролетали километры реки. В час дня мы заметили, что долина Шахдары не так уж и далеко, и решили, что лучше остановиться, а не то мы приплывём в Хорог слишком скоро. Мы провели вторую половину дня, разлагаясь на тёплом солнышке среди валунов и скал размером с дом. Подоспел вечер, и мы были приглашены в ближайший дом на чай и, как выяснилось, водку. Нашим хозяином оказался крепкий общительный парень, который хорошо играл на ситаре, даже выпимши. К счастью, рулил под шофе он также хорошо, поскольку настоял на том, чтобы отвезти нас на 100 м назад в наш лагерь.

005ScoutingНа следующее утро мы выплыли, предвкушая пороги, которые Гунт приберёг для нас. Когда мы проплыли три четверти расстояния, то сбросили только половину по высоте. По идее, должно было уже стать покруче. И оно стало круче. В основном, на реке были непрерывные каменистые пороги. Хотя в одном месте река сжалась до 5 м, и вся вода била в гадкий карман под правой стеной, а потом рушилась в столь же отвратительную бочку [Гунтский водопад - YV]. Обнесли, почти не обсуждая.



006Когда мы подплыли к Хорогу, на милом таком участке [Туннельный каскад - YV] часть воды, к несчастью, ушла в водозабор у дамбы. Хотя это могло быть и к счастью для Саймона, который обнаружил себя в держащей бочке и качественно, с наслаждением проводил там время. Мы достигли Хорога в середине дня и опять прогулялись через весь город к отелю Pamir Lodge. Там мы наслаждались нашей последней передышкой перед тем, как броситься на приступ Муксу, маячившей у нас впереди...